Он погиб – а очнулся юным. Москва, 1964-й. Хлеб в авоське, кефир в бутылках и чужое лицо в зеркале.

Советский Союз на пороге великих свершений. Гагарин уже полетел. Но Луна всё ещё ждёт первого.

Он – космонавт из нашего времени, получивший второй шанс. Не чтобы мстить. Не чтобы бежать. А чтобы снова взлететь.

Теперь его путь – пройти всё с начала: учёба, медкомиссия, тренировки и долгая дорога к звёздам. Чтобы успеть раньше американцев. Чтобы первым ступить на Луну – от имени своей Родины.

Он погиб – а очнулся юным. Москва, 1964-й. Хлеб в авоське, кефир в бутылках и чужое лицо в зеркале.

Советский Союз на пороге великих свершений. Гагарин уже полетел. Но Луна всё ещё ждёт первого.

Он – космонавт из нашего времени, получивший второй шанс. Не чтобы мстить. Не чтобы бежать. А чтобы снова взлететь.

Теперь его путь – пройти всё с начала: учёба, медкомиссия, тренировки и долгая дорога к звёздам. Чтобы успеть раньше американцев. Чтобы первым ступить на Луну – от имени своей Родины.

Он погиб – а очнулся юным. Москва, 1964-й. Хлеб в авоське, кефир в бутылках и чужое лицо в зеркале.

Советский Союз на пороге великих свершений. Гагарин уже полетел. Но Луна всё ещё ждёт первого.

Он – космонавт из нашего времени, получивший второй шанс. Не чтобы мстить. Не чтобы бежать. А чтобы снова взлететь.

Теперь его путь – пройти всё с начала: учёба, медкомиссия, тренировки и долгая дорога к звёздам. Чтобы успеть раньше американцев. Чтобы первым ступить на Луну – от имени своей Родины.

Он погиб – а очнулся юным. Москва, 1964-й. Хлеб в авоське, кефир в бутылках и чужое лицо в зеркале.

Советский Союз на пороге великих свершений. Гагарин уже полетел. Но Луна всё ещё ждёт первого.

Он – космонавт из нашего времени, получивший второй шанс. Не чтобы мстить. Не чтобы бежать. А чтобы снова взлететь.

Теперь его путь – пройти всё с начала: учёба, медкомиссия, тренировки и долгая дорога к звёздам. Чтобы успеть раньше американцев. Чтобы первым ступить на Луну – от имени своей Родины.