Роман Тесёлкин

Давно миновали дни, когда Меримна была сердцем могущественной империи и ее защитникам — Веллерану, Суренару, Моммолеку, Роллори, Аканаксу и Ираину — не знали преград. Но память о них жива: их имена звучат в песнях и легендах.

И вот однажды четыре предводителя кочевников привели свои рати к стенам Меримны. Город остается надеяться лишь на тех, кто, казалось, погиб много лет назад — на героев, некогда принявших последний бой за родные улицы.

В разгар Гражданской войны в Испании националисты хватают троих, среди них — анархист Пабло Иббиета. После беглого допроса его отправляют в подвал больницы, приспособленный под тюремную камеру военного времени. Там же оказываются ещё двое обречённых: совсем молодой Хуан и ирландец Том Стейнбок. Всем троим объявлено: на рассвете их расстреляют.

У Пабло остаётся одна ночь — но есть ли в ней смысл, если впереди только ледяная стена и направленные в грудь винтовки? Что делать, когда неизбежность приговора становится предельно ясной, когда его мутит от вида дрожащего от ужаса мальчишки и от высокопарных речей Тома, когда отвращение вызывает даже он сам?

Подводить итоги, ловить последние мгновения жизни? Нет — всё это кажется пустым; важно лишь не растерять достоинство в этой безумной предсмертной муке.

Главный герой повести — ничем не примечательный служащий, переписывающий судебные документы в частной адвокатской конторе Нью‑Йорка.

По причинам, которые так и остаются неизвестными, писец Бартлби — мрачный, бездомный молодой человек — начинает своеобразный протест против окружающего мира.

Он перестает выполнять работу, не соглашается уйти из офиса, где числится, не принимает увольнения за неисполнение обязанностей и упорно не объясняет мотивы своего поведения.

«Как мало знает земной человек о жизни и её пределах! Но больше ему, ради его же спокойствия, и не стоит знать».
Невежественный горец Джо Слейтер, одержимый во сне сияющим неземным существом, оказывается в психиатрической клинике под наблюдением молодого врача...

Сборник очень коротких рассказов Говарда Филлипса Лавкрафта.

«Память»
По дну долины Нис несет свои воды река Век. Над руинами сияет ущербная луна, а в темных уголках обитают сокрытые от постороннего глаза сущности. И Джин Луны разговаривает с Демоном Долины...

«Ex Oblivione»
Повествование о желании убежать от серой обыденности в мир снов, о некоторых особенностях этого мира и о том, что кроется за маленькой бронзовой калиткой.

«При свете Луны»
Это было в тот вечер, когда я гулял при луне по старому, запущенному саду. Приблизившись к неглубокому ручью с кристально чистой водой, я обратил внимание на странную рябь, появившуюся на его поверхности. Вот тут то все и началось!

История о человеке, который занимается весьма нетипичным способом самовыражения — практикой голодания.

Герой рассказа (автор первого письма) — художник — принимает мучительное решение расстаться с любимой женщиной, поскольку она значительно моложе. Он делает собственные тяжёлые выводы — но правильно ли он поступил? Второй письмо — от его любимой, и она с таким решением не согласна.

Парацельс мечтал об ученике. И однажды к нему пришел незнакомец, готовый стать его учеником. Одного только попросил он у Парацельса — чтобы тот сжег розу, а затем возродил ее из пепла, доказав тем самым свое мастерство.

Богатый землевладелец Пэйтон Факуэр был убежденным сторонником южной стороны конфликта. Северяне захватили его у моста через Совиный ручей, где и казнили через повешение.
Однако в момент падения через пролет моста, Факуэр пришел в сознание от резкой боли...

Пациент психиатрической клиники страдает от навязчивой идеи: он стремится уничтожить красные цветы, которые считает воплощением зла в этом мире.

История о статуэтке чёрной Венеры, привезённой из Африки из области, где проживает племя Азомбеи. Эта статуэтка почиталась как богиня в малознакомом языческом племени из региона Верхнего Бенуэ. Туда отправился друг рассказчика — Джулиус Марсден, который теперь быстро стареет и угасает. После его смерти рассказчик изучает записи покойного о его таинственных приключениях в Африке, которые произошли на пути к озеру Чад...

Тяжелораненый солдат приходит в себя после боя, вокруг только трупы, нет воды и еды и некому прийти на помощь... Первый рассказ писателя, ушедшего добровольцем на русско-турецкую войну за освобождение Болгарии, написанный в 22 года и принёсший ему широкую известность.

Подобие маленького театра. Левую часть сцены занимает эстрада, на которой представляют актеры, -- широкий помост, по самой середине разделенный тонкой сценической перегородкой. Левая часть являет собою интимную сторону маленького театра, его закулисы; на правой совершается сценическое действо. И та, и другая видимы одинаково хорошо, но на левой стороне освещение скудно и стоит сумрак, и движения смутны, -- правая же озарена ярким светом рампы, располагает к громкой речи, движениям размеренным и точным. Но вот горе! В маленьком театре нет зрителей. Их заменяют собою куклы, плоские деревянные фигуры, вырезанные плотником из тонких досок и раскрашенные маляром. Двумя плоскими рядами, сидя на воображаемых стульях, они полукругом обнимают эстраду, смотрят неотступно нарисованными глазами, не двигаются, не дышат, молчат. Свет рампы отраженно падает на их мертвые румяные лица, дает им призрак жизни; колеблясь, как бы колеблет их. Ударяясь о плоские фигуры, возвращаются назад на эстраду и звуки громких речей -- кажется, что куклы говорят, смеются, даже плачут. Директор и актеры называют их зрителями.

«Немало уже написано разными авторами о наслаждениях и муках, что таит в себе опиум... Но сколь бы обширны ни были подобные свидетельства, никто еще не осмелился раскрыть людям природу тех фантастических видений, что открываются внутреннему взору употребляющего опиум, или хотя бы обозначить направление того необъяснимого движения по неведомым, необычайным и прекрасным путям, что непреодолимо увлекают всякого, кто принимает те или иные наркотические вещества... Я пробовал опиум лишь однажды... и мои видения завели меня очень далеко».
Человек, принявший во время болезни наркотик, становится свидетелем мрачного будущего планеты Земля.

В тот вечер в Ясной Поляне к И. С. Тургеневу, Л. Н. Толстому, его жене и детям присоединились для охоты на вальдшнепов. Охота могла бы считаться успешной, если бы не одно неприятное обстоятельство: никак не удавалось найти птицу, подстреленную Тургеневым.

Часто люди не могут действовать по своему усмотрению и следовать собственным убеждениям из-за влияния окружающей среды и сложившихся обстоятельств.

Может ли машина, созданная человеком, иметь не только ум, но и эмоции? Рассказ об опасностях игнорирования чувств машины.

В течение восемнадцати лет он пребывал в летаргическом сне, постоянно находя причины для принятия своего состояния живого мертвеца.