Наталья Павлова

– А ничего, что ты сидишь сейчас на пляже, в своем белом купальнике и болтаешь со мной? Вот обернись я тебе сейчас помашу! Видишь?
– Тань, ты с дуба рухнула? Я в офисе! Работаю!
– Да?– растерянно говорит Танька,– А кому же я сейчас помахала?
– Ну, наверное, какой-то незнакомой девушке,– смеюсь я.
– Но как же и Антон твой вон рядом,– и купальник белый...
– Кто?– у меня внутри пробегает холодок.

Я пришла в себя в чужом мире, не сохранив ни единого воспоминания о том, кем была на самом деле. Мне досталась полуразвалившаяся усадьба, загадки вместо прошлого и неопределенность впереди.
Но я не из тех, кто сдается: я буду идти дальше, пока не выясню о себе все, что возможно. А заодно подниму усадьбу из руин. У меня получится. Я справлюсь. Я сильная!

— Володя? — сонно отвечаю на звонок мужа.
— Так нравится, Владимир Петрович? — вместо него в трубке звучит женский, нарочито ласковый голос.
— Да, малышка, не останавливайся, — слышу ответ Володи.
— А твоя наседка так умеет?
— Молчи. Просто продолжай.
Меня сковывает ледяной страх. Дальше слов почти нет — только их стоны, тяжелое дыхание и то, как он называет ее «сладкой девочкой». Я не понимаю, почему не прекращаю вызов, будто сама толкаю себя глубже в эту пропасть.
Потом слышатся шаги, и девушка наклоняется к телефону, шепча прямо мне:
— Ну что, услышала, старая курица? Теперь подвинься. Он будет мой.

Двадцать пять лет брака — и я по телефону становлюсь свидетельницей его измены с собственной секретаршей. Она требует уступить место. И я не собираюсь держаться за человека, который месяцами лгал мне. Очень скоро станет ясно: без моей опоры он — пустое место, и он еще попытается убедить меня, что все не кончено. Но для нас это конец. А для меня — только начало.

Я – попаданка в старом замке. У меня есть и деньги, и титул, и прислуга. но нет свободы. Никому не интересны мои мысли и желания. Что ж, я докажу всем, в том числе и своим женихам, что имею право на личную жизнь. А потом, потом я, может, даже выйду замуж. За того, кого выберу сама.

Если спросить героев этой книги о Капитолине, то в ответ можно услышать разное. Один скажет, что не встречал человека отважнее, второй восхитится ее готовностью всегда прийти на помощь, а третий, растерянно взглянув на первых двух, воскликнет: «У нее же отвратительный характер!». Четвертый, потрогав сломанный нос, благоразумно промолчит. Но большинство присоединится к первым двум и выскажется уважительно.

Повествование в романе охватывает период с 40-х по 60-е годы прошлого века, и Капитолина здесь – совсем не бабушка, уже знакомая читателю по ранним рассказам, а девочка, девушка, молодая женщина. Впрочем, приключения она находит в любом возрасте. Талант!

Несмотря на то, что книга начинается с трагических событий, связанных с детством Капы, далее повествование пойдет в юмористическом тоне. Здесь целое переплетение жанров: любовь, трагедия, боевик, героика, юмор.

Некоторые описания исторических событий не соответствуют реалиям, а происходящее является полностью художественным вымыслом.

Старая тайна – как глубокая заноза. Только забываешь о ней, а она тут как тут – саднит, воспаляется, мешает жить. Понимаешь, что надо вскрыть и вытащить ее наружу, но все почему-то твердят о том, что ничего не было, и ты все придумала… Чтобы разобраться и понять, что произошло с ней в детстве, Полина Скороходова отправляется с киноэкспедицией в глушь Вологодской области. Что же случилось с девочкой Шушей? И кто он, тот парень, которого она не может забыть уже много лет?

Говорят, чтобы чудеса случались, над ними нужно очень много работать. Под этой истиной готова подписаться Вивьен, чей магазинчик торгует только чудесами, созданными ею самой. Именно по поводу ее изделий к ней однажды и зашел дознаватель. Одно из них оказалось в доме похищенного человека. Вроде бы мелочь, но отчего вокруг стало происходить так много самых неприятных событий? Магазин ограбили, ее нового знакомого убили, на саму Вивьен пало подозрение! В чем же причина? На этот вопрос пытается ответить и сама девушка, и ее друг, частный сыщик, и брат, охотник за воздушными разбойниками.