Константин Хабенский

Главный герой произведения «Жажда» носит имя Константин, что символизирует его неизменность. И действительно, Геласимов, автор книги, проявляет удивительное постоянство в своем интересе к тому, что скрывается за обыденностью. Его стиль письма настолько прост, что порой чтение сопровождается физическими ощущениями – перехватывает горло, вызываются всхлипы. Возможно, автор использует прием, который стал привычным и даже предсказуемым – образы детей, которые невозможно переиграть.

Дети. Трудно сказать, есть ли у Геласимова свои, но за последнее время никто не уделял им столько внимания. Он наблюдает за ними, стараясь остаться незамеченным, размышляя о том, какими они бывают: о том, что они говорят, как ведут себя, как разрушают обувь, плюют с балкона, рисуют на стенах и подбирают лук из супа.

Сюжет «Жажды» ясен и прост, как и большинство историй Геласимова, насыщенных жизненными излишествами. Главный герой пережил пожар в БТРе, остался без лица, но сохранил сердце, верных друзей, нашел потерянного отца и владеет талантом, сравнимым с «Капричос» Гойи. У него есть будущее, потому что он обещал мальчику, что приедет к нему на море.

«Видел ли ты когда-нибудь, как луч света проникает в темную комнату через чуть приоткрытую дверь? Сначала он узкий, но затем расширяется. Точно так же и человек, сначала один, потом двое детей, затем четверо внуков. Человек расширяется, как световой луч, до бесконечности. Ты понимаешь?»

А жажду... Её не утолишь даже алкоголем, если пересыхает в горле от любви.

У хорошего человека отношения с женщинами всегда складываются трудно. А я человек хороший. Заявляю без тени смущения, потому что гордиться тут нечем. От хорошего человека ждут соответствующего поведения. К нему предъявляют высокие требования. Он тащит на себе ежедневный мучительный груз благородства, ума, прилежания, совести, юмора. А затем его бросают ради какого-нибудь отъявленного подонка. И этому подонку рассказывают, смеясь, о нудных добродетелях хорошего человека.

Женщины любят только мерзавцев, это всем известно. Однако быть мерзавцем не каждому дано…»

Сергей Довлатов

Внимание! Фонограмма содержит нецензурную брань. Возрастное ограничение:18+