Одна книга – все ключевые тексты Горького из школьной программы. Идеально для подготовки к экзаменам, сочинениям и просто для знакомства с писателем.

В пьесе «На дне» (1901–1902) звучит одна из ключевых для Горького тем — судьба «бывших» людей: тех, кто оказался на обочине жизни, сломался и утратил прежнее положение в обществе.

«Детство» (1913) — автобиографическая повесть о ранних годах писателя. Его детство было наполнено лишениями: после смерти отца закончилась спокойная жизнь в семье, и мальчик оказался в доме скупого и жестокого деда.

«Песня о Буревестнике» (1901) передаёт революционные настроения рубежа XIX–XX веков. В стихотворении Горький обращается к теме грядущих перемен и призывает к борьбе против самодержавия.

«Макар Чудра» (1892) — дебютное печатное произведение автора. Это история трагической любви свободолюбивых цыган Лойко и Радды, которым гордость не позволила прийти к счастью.

В этот сборник вошли знаменитые произведения А. Аксакова — «Аленький цветочек» и «Детские годы Багрова-внука», а также сказки Д. Мамина-Сибиряка и М. Горького.

В издании собраны авторские сказки, ставшие классикой и вошедшие в золотой фонд русской литературы. Сборник поможет школьникам увидеть разнообразие сказочного жанра, пополнить словарный запас и познакомиться с образцами высоких нравственных поступков. Произведения включены в школьную программу. Книга подходит для чтения на уроках и во внеурочное время.

Для русских людей лес не просто некая богатая ресурсами закрытая биосфера, а настоящее метафизическое пространство, одухотворенное и наделенное глубинными смыслами. Веками лес служил неиссякаемым источником вдохновения для писателей и поэтов.Собранные в этом сборнике повести и рассказы признанных русских классиков окажут практически терапевтическое воздействие на современного городского жителя, занятого бесконечной суетой и потерявшего связь с родной природой. 

В одном из княжеских дворцов на Невском берегу, в ярко разукрашенной комнатке «мавританского» вкуса — грязной, неприветливой и холодной — сидит, слегка раскачиваясь, человек, плотно затянутый в серый кафтан из солдатского сукна. Ему за сорок; он невысокий, крепко сбитый и прихрамывает на левую ногу. Он вытянул её вперёд — на ступне тяжёлый рыжий сапог. Правую же ногу упёр в паркет и в самые выразительные мгновения своей речи гулко пристукивает каблуком — широким, почти как лошадиное копыто…

«Дорогие товарищи!Спасибо за приглашение приехать к вам на стройки индустриальных крепостей! Я очень хотел бы посмотреть, как вы создаёте гигантские заводы, побеседовать с вами, кое-чему поучиться у вас, но у меня нет времени на поездки, я занят работой, которую со временем вы, надеюсь, оцените как полезную для вас. Вы сами знаете, что каждый человек должен делать своё дело во всю силу своих способностей, со всею энергией, которой он обладает,– лучшие из вас особенно хорошо знают это, и трудовой героизм их служит примером для всего трудового народа Союза Советов, служит примером и для меня. Время для нас дорого, нельзя терять даром ни единой минуты; задачи, которые мы обязаны решить,– огромны; никогда ещё, никто, ни один народ в мире не пытался поставить пред собою такие трудные цели и задачи, которые поставил и разрешает рабочий класс Союза Социалистических Советов…»

«В провинциальных городах все интеллигентные люди друг друга знают, давно уже выболтались друг пред другом, и, когда в среду их вступает новое лицо, оно вносит с собою вполне естественное оживление. На первых порах ему рады, с ним носятся; более или менее осторожно ощупывают – нет ли в нем чего-либо особенного, при этом иногда немножко царапают его. Затем, если человек легко поддается определению, его определяют каким-нибудь словцом, и – дело сделано. Новое лицо входит в круг местных интересов и становится своим человеком, а если местные интересы не охватят его, оно будет скучать от одиночества и, может быть, запьет, сопьется с круга,– никто ему в этом не помешает…».

…Почти каждую субботу, перед всенощной, из двух подвальных окон старого, закопчённого дома купца Петунникова во дворишко — тесное, заваленное всяким хламом и заставленное деревянными, перекошенными от времени пристройками, — вырывались яростные женские вопли:–Стой! Стой, пропойца, дьявол!– низким контральто надрывалась женщина. –Пусти!– в ответ звучал мужской тенор. –Не пущу тебя, изверг! –Вр-рёшь! Пустишь! –Хоть убей — не пущу! –Ты? Вр-рёшь, еретица! –Батюшки! Убил… ба-атюшки! –Пу-устишь!

«…В 1901 году, когда меня освободили из тюрьмы, начальство выбрало для меня на редкость забавный способ „предупреждения и пресечения преступлений“ — посадило под домашний арест. На кухне моей квартиры разместили одного полицейского, в прихожей — второго, а выйти на улицу я мог лишь в сопровождении кого-нибудь из них…»

«В имени его я слышу ласковый звон колокола истории, задумчивый возглас из глубины веков, добрый совет старого мудрого опыта:

–Надо больше знать друг друга, люди, больше.

Мне кажется, что чудовищно огромный город, одетый мантией тумана, всегда, днем и ночью, упорно думает о великих драмах своего прошлого, о бесцветных днях настоящего и с тоской, но уверенно ожидает будущего– светлых солнечных дней, полных радости, ожидает пришествия новых людей, полных творческой силы…»

Лет шестьдесят тому назад, когда на Волге со сказочною быстротой создавались миллионные состояния,– на одной из барж богача купца Заева служил водоливом Игнат Гордеев.

Сильный, красивый и неглупый, он был одним из тех людей, которым всегда и во всем сопутствует удача – не потому, что они талантливы и трудолюбивы, а скорее потому, что, обладая огромным запасом энергии, они по пути к своим целям не умеют – даже не могут – задумываться над выбором средств и не знают иного закона, кроме своего желания…

Драматическое произведение великого русского писателя.

Пьеса «Дачники» включалась во все собрания сочинений. Печатается по тексту третьего «Сборника товарищества „Знание“ за 1904 год», сверенному с рукописью и машинописной копией, правленой М.Горьким в1904 году

В это издание Максима Горького включён роман «Фома Гордеев» (1899) — драматический рассказ о юноше, который не сумел найти своё место среди жёстких и фальшивых «хозяев жизни», людей дела и наживы.
А также знаменитые пьесы «Васса Железнова» (1936), «Егор Булычев и другие» (1932) и повесть «Мои университеты» (1923).

Максим Горький: «Женщина иногда может в своего мужа и влюбиться».

«Наконец разъехались гости, следом уехал и муж; прислуга, измученная хлопотами шумных дней, словно растворилась, и весь дом будто отступил в глубь парка, где тишина всегда держалась крепче всего, была особенно весомой и властной и неизменно пробуждала в душе женщины острое желание вслушиваться в немую работу воображения и памяти…»

Мужчина и женщина живут рядом, делят быт и судьбу, но чувство между ними вовсе не обязано возникать само собой.

Эта книга — о том, как меняются отношения, когда привычное соседство вдруг начинает превращаться в привязанность, интерес и настоящее чувство. О взгляде на человека рядом без иллюзий, о терпении, гордости и уязвимости, которые скрываются за словом «муж» и словом «жена».

Лаконичная мысль Горького звучит как наблюдение и как вопрос: что должно случиться, чтобы «свой» человек стал по-настоящему любимым — и почему порой для этого требуется больше смелости, чем для первой влюблённости.

«Лесная балка мягко уходила вниз, к желтоватой Оке. По её дну, скрываясь в густой траве, торопливо струился ручеёк. А над оврагом — днём почти невидимо, а ночью особенно живо и тревожно — разливалась голубая небесная река; в ней мерцали и перекатывались звёзды, словно золотые ерши…»

Смотрю в окно — внизу, под горой, шумно колышется празднично разодетый лес: растрёпанный ветер гнёт и терзает яркие кроны пылающе раскрашенных клёнов и осин. Сорваны жёлтые, серые, алые листья; они кружат в воздухе, опускаются на синюю речную воду и выводят на ней пёструю повесть о прошедшем лете. Так же — такими же разноцветными словами, так же просто и светло — мне хотелось бы поведать о том, что довелось пережить этим летом...

Сотрудник парижской газеты «Последние новости» И. Демидов утверждает, что в моей статье об эмиграции я «три раза солгал»…