Жила себе без особых забот, даже успела побывать замужем. А потом всё рухнуло в один миг: я стала вдовой — без денег, без статуса и без опоры. Из наследства — только ветхая избёнка где-то за Уралом. Вот только никто не предупреждал, что в этой «моей» избушке уже устроился хозяин местных лесов — царь, если по-местному, и медведь, если по сути. И теперь главный вопрос не в том, как обжиться, а как выбраться. Проблема лишь в одном: похоже, выпускать меня отсюда никто не собирается!

***

– Ты кто такая? Как сюда попала? – гремит надо мной мужской голос, а перед глазами маячит белая борода.

– Не рычи тут, дедуля! – огрызаюсь спросонья. Терпеть не могу, когда меня будят!

– Снегурочка, я тебя сейчас голым задом на снег выставлю, если ты немедленно не откроешь рот и не объяснишь, как оказалась в моём доме! Меня выдёргивают из тёплой постели и как следует трясут за плечи.

– Слушай, медведь-переросток! Это вообще-то мой дом! – шиплю я. – Руки убрал, а то я…

– А то ты что? – ухмыляется этот «дедуля», слишком уж нагло разглядывая меня, а я на секунду теряюсь.
– Ну, договаривай. А потом отработаешь мне внезапную ночлежку, Снегурочка. Новый год всё-таки!

Когда твоё утро начинается не с вкусного кофе, а с мужчины, который тебя чуть не сбил своим танком на колёсах, хочешь не хочешь, становишься той самой женщиной, что и в избу, и коня остановит.

Но что делать, когда этот самый мужчина решил завоевать тебя любой ценой, и несмотря на то, что ты уже давно не девочка, да ещё и вдова. Что ему, девок мало? Или здесь что-то другое? А может, это месть?

Может и месть, но кто мне запретит сделать всё по-своему. Выпить кофе, врезать пощёчину, дать себе обещание не влюбиться, и получить удовольствие. Много удовольствия. А дальше посмотрим, на что способен этот Ветер, который принёс в мою жизнь перемены!

Он Демон, Демид Градов. Случайная неприятность и тот, от которого я однажды сбежала. Но спустя много лет, только он сможет помочь мне.

▫️▫️▫️
— Сними тряпки, — его голос пробрал до костей. Холодный, властный. Таким не отказывают. Но я не пошевелилась. — Ты оглохла?

— Да вот пытаюсь подобрать правильный набор слов, чтобы послать вас в лес ёжиков раздевать, — отвечаю в тон ему.

Мне бы заткнуться, но чтото внутри заставляет огрызаться. А он надвигается уже, как зверь, который сожрёт меня даже не заметив.

— Забавно. Ты либо слишком смелая, либо напрочь отбитая, раз не понимаешь, с кем разговариваешь.

— А может, я просто не люблю, когда мне приказывают.

— Осторожнее, — шепчет он почти ласково, но в этом шёпоте больше опасности, чем в крике. — У смелости есть цена. И что-то мне подсказывает, ты можешь не потянуть её. Ты же правильная девочка, Сола?

– Пакуйте её и в вертолёт, – сказал этот мужлан в дорогом костюме, который совершенно не скрывал настоящей личности бандита.

– Не советую ко мне даже прикасаться, если дороги причиндалы, – говорю ровно, но внутри всё звенит от напряжения.

– И что же ты сделаешь, принцесса? – Он растянул губы и окинул меня похотливым взглядом.

– Всё, чему принцессу научил папа, – смотрю прямо, не тушуясь.

А в следующий момент меня подхватывают под руки и несут к лифту, который поднимается на крышу.

– Советую передумать, – говорю уже злясь, когда вся наша странная делегация выходит на крышу, где от движения лопастей вертолёта становится трудно дышать.

– Согласен! – неожиданно бросает он, перекрикивая работу двигателей и бросает одному из охранников: – Меняем маршрут. В горы летим. И вызови мне регистратора. Хочу успеть ещё и жениться до Нового года.

– Я больше не позволю тебе сбежать! Ты только моя!
– Кто тебе это сказал, Гера? – спрашиваю с вызовом.
Я училась справляться со своим страхом. Училась смотреть ему в глаза, и спустя столько времени не собираюсь больше трястись. Хотя паника накатывается ледяными волнами, но это внутри. Я надеюсь, что снаружи продолжаю держать лицо.
– Ты сказала,– рыкает Дикоев делая шаг ко мне.
– Я такого не помню.
– Зато я прекрасно помню! – Герман хватает меня за руку и дёргает на себя.
Хочу закричать, чтобы отпустил. Позвать на помощь, но горло сковывает спазмом, когда на террасу выходит Дима, и он не один …
▫️▫️▫️
Бог любит троицу, говорил ему дед. Но он не понимал значения этих слов до недавнего времени. Когда-то он совершил первую самую страшную ошибку в своей жизни – поверил в ложь. Потом была вторая – когда решил дать осознать произошедшее между ними той, которую, оказывается, никогда не переставал любить. И вот настало время для третьей. Может первая ошибка была не такой страшной?

Я любила его сильнее всего на свете. На ощупь, даже не глядя, могла отыскать каждый шрам и каждую морщинку. По одному лишь стуку шагов понимала, в каком он настроении. А когда появилась на свет наша дочь, это чувство разрослось до масштаба сверхновой.

Только моя любовь повторила судьбу угасающей звезды: выгорела стремительно и беспощадно, оставив после себя руины — боль, разрушение и ненависть. Я не прощу...

Но, как выяснилось, у бывшего мужа свои замыслы, и ради них он не стесняется втягивать нашу дочь. Я вижу, как она тянется к отцу. Вижу, что и он по-настоящему любит её. Только теперь мы с ним — две разные вселенные.

А его «диагноз», как мне кажется, очевиден: он ошибочный. Или всё-таки нет?

Давид Чернобор — дерзкий, опасный и пугающе привлекательный. Из тех, от кого стоит держаться подальше, но мне не повезло: в новом университете он заметил меня с первого же дня. Я уехала из родного города, чтобы скрыться от старой боли и начать заново, но, кажется, опять свернула не туда.
***
— И что ты тут потеряла, хорошая девочка? — из темного коридора доносится голос, которым можно пугать прогульщиков и непослушных детей.
— Это не твоё дело, — отвечаю я, пытаясь звучать твёрдо и надеясь остаться незамеченной.
— Ошибаешься, Лия, — он выходит из тени на свет, и я понимаю, что мне по-настоящему страшно. — Всё, что связано с тобой, касается меня напрямую.

Я собиралась всего лишь спокойно попариться в бане перед Новым годом — смыть раздражение на родню и наконец-то посидеть в тишине. Но, как обычно, всё пошло совсем не по плану… Эх, лучше бы и не начиналось.

— Ты кто такой?
— А ты?
— Вопрос, конечно, дурацкий, но вообще-то здесь живу я, — упираю руки в бока и оглядываюсь, прикидывая, чем бы потяжелее при случае воспользоваться.
— В бане, что ли? — уточняет слегка потрёпанный мужик. Молодой нахал… и, зараза, симпатичный.
— Сейчас в моей бане торчишь ты, а живу я в доме.
— На дом я не претендую, — усмехается он, и от этой улыбки у меня по коже пробегают мурашки.
— Вот и отлично: ни на что не претендуешь, — отрезаю я. — Значит, собираешь манатки и уходишь отсюда по-хорошему.
— Да не нервничай, Снегурочка, уйду я. Просто немного задержусь у тебя в гостях. И ничему плохому учить не стану.

Её привыкли видеть «Снежной королевой» — сдержанной, идеальной и холодной, живущей по строгим законам света. Но однажды метель переворачивает её жизнь и приводит в деревенский дом, где вместо условностей — жар печи, детский смех и простая, честная повседневность без притворства.

Вдали от блеска и правил она впервые ощущает себя настоящей и живой: рядом с мужчиной, которому не нужно, чтобы она соответствовала чьим-то ожиданиям, и рядом с девочкой, научившей её ценить маленькие радости.

Что человеку нужно для счастья?
У Валерия Козырева есть всё, о чём только можно мечтать: бизнес, дом в престижном районе, квартира в центре, красавица жена. Его везде знают и относятся уважительно. И это в его тридцать пять.
Но что-то не даёт покоя. Чего-то не хватает. Может, всё же плюнуть на все истерики жены, что детей им рано, и поступить как эгоист? Но у неё карьера, и она не собирается портить свою фигуру ради его прихоти.
А тут ещё и его мама резко вспомнила о дальней родственнице, бабе Паше, которую не видела уже больше двадцати лет. И нужно же ей именно сейчас ехать в эту глушь.
Но ведь всё, что ни делается, всё к лучшему. Так люди говорят. А может, в той глуши он найдёт то, чего ему так не хватает?

С ней было сложно, сладко, опасно и слишком остро, а без неё невыносимо. Думал, смогу, и почти получилось. Думал спасаю её от себя же, но стоило узнать, что она собралась замуж за другого, как внутри всё разорвалось в клочья. Она МОЯ!

Возможно ли из женщины сделать бесчувственное создание. Нет. Женщина сама из себя делает такое создание. Сама собирает все свои чувства, эмоции и запирает на замок, прячет от всего мира, лишь бы ей не сделали больно. Лишь бы больше никто не смог подобраться к её сердцу.

Легче быть сукой и стервой, чем любящей! Так я думала. В этом я была уверена, но оказалась не права. Мне нужно было просто дождаться своего человека. Свою половинку. И тот путь, что я прошла самый лучший и важный урок в моей жизни.

А ещё я теперь точно уверена, что даже если не верить в судьбу, это не означает, что она не верит в нас. Верит! Так кто мы такие, чтобы ей сопротивляться?

– Ты что здесь делаешь? – спрашиваю я зло.
– Приехал на родину, ну и заодно в гости к старым друзьям, – вскидывает он бровь, осматривая меня с ног до головы. – Рыжей тебе было лучше.
– Проваливай отсюда, – отвечаю холодно. – Не порти день рождения моего сына.
– Так, я, собственно, на него и приехал, – Борзый скалится и осматривается вокруг. – Где именинник? Интересно, кто тот счастливчик, который стал его отцом...

А у меня в груди что-то разрывается и начинает снова кровоточить. Так и хочется сказать, кто его отец, вот только пошёл он! Не заслужил этого звания. И никогда не узнаёт о моём секрете.

Он сын моего отчима, мой сводный брат и источник трудностей. Раньше я думала, что его грубость — это просто защитная реакция. Теперь я вижу его истинную сущность и не позволю ему больше меня задевать. Хотя его присутствие все еще заставляет меня волноваться, надеюсь, это пройдет. Возможно.
***
– С днём рождения, рыжая! – раздался нахальный и насмешливый голос, привлекая внимание всех в ресторане.
Лика обернулась быстрее меня, в то время как я осталась на месте.
– Кто это у нас? – спросила сестра с усмешкой.
– Наш любимый братец. Долго ты отсутствовал.
– Ждал момента, – ответил Денис, подходя ближе, и от его запаха у меня мурашки по коже.
– И кто разрешил тебе испортить свои рыжие кудри? – прошептал он, и это было похоже на удар током.

– Ну здравствуй, Дикая, – произносит голос из дальнего угла комнаты.Здесь темно, но я знаю, кто это говорит.– Ты зачем устроил этот цирк с похищением? Силёнок не хватает завоевать, так ты решил действовать своими бандитскими методами? – говорю уверенно и даже зло, но кто бы знал, как меня трясёт внутри.– Снежная королева, – слышу улыбку в его голосе и вижу её перед глазами.Он всегда на меня так действует.– Тебе будет лучше, если ты меня отпустишь, Чернобор, – говорю ему.– Поздно, Ника, я тебя отсюда не выпущу, – Чернобор поднимается с места и выходит на свет. Голова опущена, а на губах играет оскал. – Ты моя, Дикая Ника.***Я хотела просто отдохнуть на Новый год. Одна. Но до места я так и не доехала. Точнее, доехала, но не туда и не к тому. Он меня хочет, а я… не для бандита.

— Слушай, а давай загадаем желание с тобой, — предлагаю я, заглядывая в глаза Нике. — Скоро же Новый год.

— Через месяц, Ясь, — качает головой Ника.

— Не нуди, — отмахиваюсь я. — Нам просто нужно немного забыть, что мы взрослые нудные тётки, и поверить в чудо. Нам как раз и надо чудо. Вот что-то такое охренительно-опупительно. Чтобы прямо трусишки мокли от предвкушения.

— Замолчи! — вскрикивает Ника и накрывает мне рот ладошками. — Вот сейчас лучше молчи, Ясь. А то твои желания имеют свойство осуществляться, но не так, как ты это планируешь.

***

Знала бы я тогда, как оказалась права моя лучшая подруга... и всё равно бы загадала желание! Уж очень взрослой мне хотел настоящего мужика рядом!

– А ты на что рассчитывала? Я мужик! Имею полное право жить, как я хочу. Бабло тебе кто присылал? – муж, уже почти бывший, нависает надо мной, а я теряюсь от последней его фразы.
– Что ты мне присылал? На что ты там имеешь право?– переспрашиваю и понимаю, что вопросы звучат глупо.
– Ты не придуривайся, Маша, – фыркает он и расставляет руки в стороны. – Всё, что есть в этой квартире, куплено на мои деньги.
От этого вранья и наглости я просто задыхаюсь, но внутри поднимается ещё и волна злости.
– Слушай сюда, Воронов,– закипаю я и радуюсь, что дети в школе. – Я от тебя ни копейки не получила за последние пять лет. Всё, что здесь,– тычу пальцем в пол,– находится, куплено на мои деньги. И дети наши одеваются за мой счёт. Так что проваливай к своей второй семье, и не смей сюда больше являться! На развод я уже подала!

Восемнадцать лет брака. Двое детей. Дом – полная чаша и рога под потолок. Супер, Маша! Ты смогла построить достойную семью (сарказм)!

– Ты немного попутала, золотко. – Матвей наступает на меня, пугая натиском, но не так сильно, как лес вокруг. – У нас здесь не смотрят на то, сколько у тебя бабла на карточке. Здесь такса другая.
– Какая такса? Что ты несёшь? Я заблудилась, – стараюсь говорить спокойно.
– Тогда ты должна благодарить меня и радоваться тому, что я тоже решил сходить за ягодами. – Улыбка трогает его сочные губы.
– Как интересно, – постукиваю себя по подбородку. – А несколько дней назад ты называл меня мажоркой и говорил, что уродливее не встречал. Но выходит, что сейчас я должна благодарить тебя?
– Да, и желательно на коленях…

Папа отправил меня в деревню к тётке, в надежде, что я вернусь отсюда другим человеком. Заблокировал мои карточки, счета. Даже мою малышку на штрафстоянку отправил. Но ничего, я сделаю так, что они пожалеют, отправив меня сюда. Я, Злата Березина, и никакие там трактористы-комбайнёры меня не испугают!
И не соблазнят!
И было бы там на что смотреть!
Хотя есть, определённо есть…