Я, конечно, слышал, что девушки подкидывают своих детей их папашам. Но чтобы самому стать героем подобной сомнительной истории...
Увольте!
Но надо же такому случиться! На меня свалилось сразу три бедствия!
ТРИ!
И теперь моя основная задача не только выжить, но и выяснить, кто их мама?
И где она?!

— Чего застыл? Поехали! — в салон внезапно влетает незнакомая мелкая девчонка и властно шлёпает ладонью по панели.
Я оглядываю заправку, где остановился долить бензина, пытаясь понять, откуда взялась эта нахалка и кто её потерял.
— Ты откуда тут взялась? — спрашиваю на всякий случай.
— Я не взялась. Я крутая и страшная. Это от меня все убегают.
— И чем же ты такая страшная? — фыркаю, передразнивая, хотя мне совсем не до шуток: мне нельзя светиться, а тут ещё эта малявка.
— Я ограбила заправку! За мной копы! И тебя тоже повяжут! Газуй, быстрее!
Я человек известный в определённых кругах. Под задними сиденьями моей машины спрятаны десятки лярдов наличными, и лишнее внимание мне противопоказано.
Всё шло идеально — ровно до того момента, как в мою тачку запрыгнула непонятно откуда взявшаяся девочка, которая во что бы то ни стало хочет спасти маму. И почему‑то заставляет меня ввязаться в это вместе с ней.
А самое невероятное начинается, когда я наконец вижу её мать — и узнаю…

–Ма-а?– слышу очень печальный детский голосок.
Люди, проходящие мимо, не обращают внимание на малыша. Тот неустойчиво бредет по глянцевому полу и тянет ко всем маленькие ручки. Замечает меня. Крохотные ладошки сжимают мою штанину. Голова малыша запрокидывается. И наши глаза встречаются.
– Ма-а? – Вообще мимо. Совсем не «ма-а»,– качаю головой.
Малой шмыгает носом. Глаза его увлажняются. Но плакать он не начиняет. Отпустив мою штанину, снова крутит головой в поисках своей мамы.
– Пойдем, найдем твою маму, – решаю помочь крохе.
Я раньше никогда не имел дел с детьми. Не знаю, как вести себя с ними, как общаться. Но придется, так как решился помочь потерявшемуся малышу найти его маму. А с этим появляются серьезные проблемы. И какой же сюрприз меня ждет, когда узнаю, КТО его мама.

– Я с тобой никуда не пойду! – упирается девочка. – Я к маме хочу!

Она надувает губы и складывает руки на груди. Но я тоже не пальцем деланный.

– У тебя всего два варианта: либо со мной, либо в интернат. А в интернате тебе вряд ли понравится.

Да как объяснить четырехлетке, что хочу ей помочь? Вот откуда чувство отвественности за эту девчонку взялось?! Будь оно неладно!

– Ты плохой дядя! – не успокаивается она. А окружающие уже начинают на нас косо посматривать.
– Ладно, малявка, сама напросилась! – не церемонясь больше с мелкой, подхватываю ее на руки.

Когда неуправляемая фура летела прямиком в соседнюю со мной машину, я не нашел ничего лучше, чем столкнуть ту с дороги. Теперь у меня на руках маленькая девочка. А ее мама – та самая единственная девушка, которую я любил.

–Аааа!– неожиданно раздается детский крик откуда-то сверху.

Задрав голову, замечаю падающее тело. «Что за…» – успеваю подумать. И ловко ловлю звонко орущую малолетнюю экстремалку. У меня тут горнолыжный курорт или кружок по древолазанью?

– Я упала! – сквозь плач дрожащим голосом выдает очевидное девочка.
– Так я был в первом ряду, не только видел, но и поучаствовал, – выдыхаю я.

Блин, как ее успокоить то?

– Ты что на дереве делала? – решаю продолжить допрос.
– От мамы сбежала, – всхлипывает мелкая.
Интересная логика…
– Так, а где твоя мама? – уточняю у ребенка.
Девочка, вместо того, чтобы рассказать, дует губки. И скрещивает руки на груди.
– Я не скажу.

Опа! И что мне с тобой делать? Решив отнести малышку в медпункт, я и представить не мог, что ее мама – та самая единственная девушка, которую я любил. Ну, а я, похоже, тот самый папа, который «много лет назад улетел на ракете в космос».

–Мамочка!– прилипнув к стеклу лицом, жалобно плачет девочка.
– У нее тяжелое состояние,– рассказывает врач про мать ребенка.– И ей пока нельзя принимать посетителей. Придется вашей дочке потерпеть.
Дочке? Она приняла меня за ее отца?
– Вот эта девочка!– кричит какой-то мужчина в халате и указывает на Бельчонка.– Думал, сбежала.
Малышка тут же отлипает от стекла. Смотрит на парочку испуганными глазами. А потом вцепляется в меня мертвой хваткой.
– Я не хочу в детдом!
Смотрит жалобными глазами, ища во мне защитника.
И что же мне с тобой делать?

Решив помочь маленькой девочке добраться до больницы, я и подумать не мог, что ее мама – та самая девушка, которую я любил больше жизни. И которая бросила меня семь лет назад.