Я с дочкой осталась без жилья. Без работы. С температурой. И огромным кредитом на машину, на которой уехал предатель со своей начальницей. И в таком состоянии управляющий рестораном выгоняет меня с подработки. Вместе с дочкой. Прямо под дождь в легких платьях.

Перед тем, как потерять сознание от высокой температуры, слышу мужской голос. Смутно знакомый.

– Держитесь!

И чьи-то сильные мужские руки ловят меня.

– Пожалуйста, помогите маме! – голос дочки звучит, как в тумане. – Я буду себя хорошо вести!

– Видите? Все пристают, кому ни лень. Так плохо без папы, – чуть не хнычет девочка лет пяти. – А у вас жена есть? А дочка?

Даже мой невозмутимый помощник крякает от такого поворота в разговоре.

– У меня нет, – честно отвечаю.

– Тогда на что вы все свои крутые деньги тратите?! – натурально удивляется девочка.

Затем предлагает:

– Вам жена нужна! И дочка, обязательно! А жена, как моя мама! А мама у меня, вообще, вот такая красотка! – показывает оттопыренный вверх большой палец. – Вся в меня! А у меня, сами видели, от женихов отбоя нет!

Рассмеявшись, соглашаюсь:

– Если твоя мама на тебя похожа, то с удовольствием с ней познакомлюсь.

Почему бы и нет.

– Только, чтобы принцу завоевать такую принцессу, как моя мама, нужно совершить подвиг, – огорошивает малявка. – Вот так-то! Спаси наш детский дом от злых дядь!

Вот только она пока не знает, что злые дяди – это мы. А я не в курсе – чья она дочь. Так что нас всех ждет сюрприз.

– Девочка, – стараюсь, чтобы голос звучал мягче, – кто ты?

– Мама меня зовет зайкой, – тихо произносит малышка, продолжая вжиматься в бетонную стенку.

Смотреть на окруживших ее дядей-бандитов боится.

Мокрое белое платьице липнет к телу, что дрожит от холода.

– А вы холосый дядя? Доблый?

Раздаются смешки. Я и хороший добрый дядя – понятия несовместимые.

Цыкаю, и все разом замолкают.

Протягиваю девочке свою куртку.

– Скажи Зайка, а где твоя мама?

Зачистив промзону от людей Вадика Буры, неожиданно нахожу прячущуюся маленькую девочку. Как она тут оказалась одна и в таком виде? Мама малышки в опасности. Девочка молит о помощи. А ее зеленые глаза заставляют мою память всколыхнуться, вспомнить другую

Я, конечно, слышал, что девушки подкидывают своих детей их папашам. Но чтобы самому стать героем подобной сомнительной истории...
Увольте!
Но надо же такому случиться! На меня свалилось сразу три бедствия!
ТРИ!
И теперь моя основная задача не только выжить, но и выяснить, кто их мама?
И где она?!

— Чего застыл? Поехали! — в салон внезапно влетает незнакомая мелкая девчонка и властно шлёпает ладонью по панели.
Я оглядываю заправку, где остановился долить бензина, пытаясь понять, откуда взялась эта нахалка и кто её потерял.
— Ты откуда тут взялась? — спрашиваю на всякий случай.
— Я не взялась. Я крутая и страшная. Это от меня все убегают.
— И чем же ты такая страшная? — фыркаю, передразнивая, хотя мне совсем не до шуток: мне нельзя светиться, а тут ещё эта малявка.
— Я ограбила заправку! За мной копы! И тебя тоже повяжут! Газуй, быстрее!
Я человек известный в определённых кругах. Под задними сиденьями моей машины спрятаны десятки лярдов наличными, и лишнее внимание мне противопоказано.
Всё шло идеально — ровно до того момента, как в мою тачку запрыгнула непонятно откуда взявшаяся девочка, которая во что бы то ни стало хочет спасти маму. И почему‑то заставляет меня ввязаться в это вместе с ней.
А самое невероятное начинается, когда я наконец вижу её мать — и узнаю…

–Ма-а?– слышу очень печальный детский голосок.
Люди, проходящие мимо, не обращают внимание на малыша. Тот неустойчиво бредет по глянцевому полу и тянет ко всем маленькие ручки. Замечает меня. Крохотные ладошки сжимают мою штанину. Голова малыша запрокидывается. И наши глаза встречаются.
– Ма-а? – Вообще мимо. Совсем не «ма-а»,– качаю головой.
Малой шмыгает носом. Глаза его увлажняются. Но плакать он не начиняет. Отпустив мою штанину, снова крутит головой в поисках своей мамы.
– Пойдем, найдем твою маму, – решаю помочь крохе.
Я раньше никогда не имел дел с детьми. Не знаю, как вести себя с ними, как общаться. Но придется, так как решился помочь потерявшемуся малышу найти его маму. А с этим появляются серьезные проблемы. И какой же сюрприз меня ждет, когда узнаю, КТО его мама.

– Я с тобой никуда не пойду! – упирается девочка. – Я к маме хочу!

Она надувает губы и складывает руки на груди. Но я тоже не пальцем деланный.

– У тебя всего два варианта: либо со мной, либо в интернат. А в интернате тебе вряд ли понравится.

Да как объяснить четырехлетке, что хочу ей помочь? Вот откуда чувство отвественности за эту девчонку взялось?! Будь оно неладно!

– Ты плохой дядя! – не успокаивается она. А окружающие уже начинают на нас косо посматривать.
– Ладно, малявка, сама напросилась! – не церемонясь больше с мелкой, подхватываю ее на руки.

Когда неуправляемая фура летела прямиком в соседнюю со мной машину, я не нашел ничего лучше, чем столкнуть ту с дороги. Теперь у меня на руках маленькая девочка. А ее мама – та самая единственная девушка, которую я любил.

–Аааа!– неожиданно раздается детский крик откуда-то сверху.

Задрав голову, замечаю падающее тело. «Что за…» – успеваю подумать. И ловко ловлю звонко орущую малолетнюю экстремалку. У меня тут горнолыжный курорт или кружок по древолазанью?

– Я упала! – сквозь плач дрожащим голосом выдает очевидное девочка.
– Так я был в первом ряду, не только видел, но и поучаствовал, – выдыхаю я.

Блин, как ее успокоить то?

– Ты что на дереве делала? – решаю продолжить допрос.
– От мамы сбежала, – всхлипывает мелкая.
Интересная логика…
– Так, а где твоя мама? – уточняю у ребенка.
Девочка, вместо того, чтобы рассказать, дует губки. И скрещивает руки на груди.
– Я не скажу.

Опа! И что мне с тобой делать? Решив отнести малышку в медпункт, я и представить не мог, что ее мама – та самая единственная девушка, которую я любил. Ну, а я, похоже, тот самый папа, который «много лет назад улетел на ракете в космос».

–Мамочка!– прилипнув к стеклу лицом, жалобно плачет девочка.
– У нее тяжелое состояние,– рассказывает врач про мать ребенка.– И ей пока нельзя принимать посетителей. Придется вашей дочке потерпеть.
Дочке? Она приняла меня за ее отца?
– Вот эта девочка!– кричит какой-то мужчина в халате и указывает на Бельчонка.– Думал, сбежала.
Малышка тут же отлипает от стекла. Смотрит на парочку испуганными глазами. А потом вцепляется в меня мертвой хваткой.
– Я не хочу в детдом!
Смотрит жалобными глазами, ища во мне защитника.
И что же мне с тобой делать?

Решив помочь маленькой девочке добраться до больницы, я и подумать не мог, что ее мама – та самая девушка, которую я любил больше жизни. И которая бросила меня семь лет назад.